Учитель для России

Алёна Маркович о юбилейном наборе в «Учитель для России»

1 октября 2018

Весной 2015 года Алёна Маркович стала сооснователем программы «Учитель для России». Сегодня, спустя три с половиной года, команда программы в очередной раз запускает набор в новую когорту — юбилейную, пятую по счёту. Мы попросили Алёну поделиться своими воспоминаниями и мыслями о пройденном программой — и ей лично — пути.


Алёна Маркович

Первое, что я чувствую, это благодарность. Благодарность всем, кто начинал, делал и продолжает делать программу в самых разных ролях — от друзей и неравнодушных, до тех, кто, засучив рукава и несмотря на все сложности, продолжает работать в команде и быть частью сообщества. Под сообществом сейчас я имею в виду очень широкий круг людей: от наших учителей и выпускников до команды организаторов, наших регионов и школ-партнеров, ключевых партнеров программы в Сбербанке, НИУ ВШЭ, попечителей наших учителей и школ. «Учитель для России» — это беспрецедентное коллективное усилие. Вместе нас по моим подсчетам уже около 500 человек. И мы бесконечно путаемся и будем путаться, кого считать командой УДР. Границы здесь очень зыбкие. Сегодня позиция УДР уже может рождаться лишь в открытом диалоге очень многих людей, такова природа нашей организации. Именно поэтому всё сказанное в этом тексте — только мои личные мысли и рассуждения, но вовсе не официальная позиция сообщества.

Второе — это изумление. Как? Пятый набор? Уже? Так быстро?

Важнейшей составляющей нашей идентичности стало то, что проект зародился как низовая инициатива. Мы работаем с государственной системой образования — очень консервативной и зарегулированной. А УДР — программа не государственная и не корпоративная. Это проявление гражданского общества и личной ответственности многих людей, которые этой ответственностью, вообще-то, изначально не наделены. Людей, пожелавших посвятить свое время, свои усилия, свое внимание тому, чтобы зайти в это поле, попробовать разобраться в нем, найти новые ответы и решения.

Вопрос, который стоит перед сообществом программы, гораздо шире, чем развитие школьного образования. И это очень четко отражено в нашем старейшем слогане: «Работа, которая изменит твою жизнь, и общество, в котором ты живешь». Думая про школу, мы думаем про то, как мы хотим растить детей, каких людей мы хотим видеть вокруг. Мы думаем про то, в каком обществе, в каком мире хотим жить.

Роль учителя в формировании будущего — одна из самых определяющих.

На словах мы все это понимаем, они часто звучат то там, то тут, иногда даже в самом нескромном виде торчат на рекламных баннерах. Но что происходит на деле?

Погрузившись в школьную реальность, я вижу, что нам предстоит очень долгий путь. Работать учителем в текущих условиях чрезвычайно тяжело. Сложность ситуации выражается комплексно: начиная с процента ВВП, выделенного на образование, закачивая качеством профессионального развития, доступного учителям, степенью автономности и свободы учителя, качеством нашего педагогического образования, уровнем зарплаты, количеством переработок, мощностью эмоциональной перегрузки. Спросите себя честно: хотите ли вы, чтобы ваш ребенок стал учителем в обычной школе? Ваш партнер, друг, родственник?

Я верю, что происходящее — отражение наших приоритетов как общества, того, во что мы готовы вкладываться, что для нас ценно. Глобально для меня  «Учитель для России» — это попытка переосмыслить приоритеты. Начать с себя. Взять на себя ответственность за то, что будет завтра.

Приоритет в этом завтра — человек. Человек как самоцель, как самоценность. Не человеческий капитал, не сырье, не материал — цель.

Отсюда наш фокус на гуманистической педагогике, воспетой многими советскими и российскими педагогами, и, к сожалению, все еще не ставшей общим местом в российской воспитательной практике — ни в школе, ни в семье. Отсюда фокус на простых школах, на работу с каждым ребенком, потому что каждый ребенок, каждый человек важен. Мы хотим, чтобы у каждого человека была реальная возможность выбрать и создать то будущее, которое он хочет для себя, для своих близких, для всех нас. Мы называем эту возможность «авторской позицией». Но для ее формирования и проявления нужны условия. Над их развитием мы и работаем.

Некоторые изменения требуют не рациональных аргументов, а слепой верыинтуиции и чуда. До марта 2015 года я, признаюсь, частенько смущалась, рассказывая о том, чем я и мои друзья занимаются все свободное время. Вы хотите, чтобы люди с хорошим образованием из больших городов шли работать на 2 года в простые школы? Ну да, идея хорошая, удачи вам. Вы хотите брать на это деньги у бизнеса? Сколько-сколько это будет стоить? Софинансирование от государства? Вы думаете, что школы на это пойдут и примут ваших педагогических неучей? Дети придут учиться в школу летом, чтобы помочь вашим учителям подготовиться? Ну и так далее. Здесь хочется сказать огромное спасибо Teach For All — нашим единомышленникам, которые бесконечно вдохновляли своим примером. А ещё — всем участникам нашей первой презентации в офисе BCG в марте 2015 года. До встречи с этими людьми, которые так тепло и энергично отозвались на все, что мы к тому моменту напридумывали, у меня самой не было финальной уверенности, что мы запустимся. Но после первой презентации я поняла, что все не зря и “толк выйдет”.


Антон Степаненко, Алёна Маркович и Елена Ярманова на первой презентации программы в BCG

Изменения в образовании требуют замаха на очень дальнюю перспективу и объединения усилий всех сил в обществе. Официальная часть программы «Учитель для России» для участника длится только 2 года. Многие школы говорят, что для них это — мгновение. И я понимаю, почему. Ощутимые изменения в школьном образовании требуют тектонических сдвигов в установках людей, внутри существующих систем. Я думаю, что заметный системный результат от нашей работы можно будет увидеть лет через 20. Когда у нас будет много выпускников, когда учителями в программе станут их дети, ученики, с которыми они работают сейчас, когда мы увидим реальные изменения в школах и регионах, где работаем, когда мы накопим и протестируем достаточное количество жизнеспособных инструментов и моделей, позволяющих учителю и школе работать по-новому. Да, звучит устрашающе долго и зыбко. Но я не думаю, что в развитии школы есть быстрые решения. Наши участники, партнеры, локальные сообщества берут на себя решение одной или нескольких задач. Больших изменений можно добиться только совместными усилиями.

Что ещё я поняла? Мы живем в удивительно прекрасной и многогранной стране и почти совсем ее не знаем. Помню свое чувство, когда стало ясно, что мы будем запускаться не только в Московской, но и в Воронежской области. Я там никогда не была. И вообще кроме Москвы, Петербурга, пары поездок в Новороссийск и в Новосибирск не была нигде. Было волнительно, я сама себе не могла ответить на вопрос: я бы на месте участника программы переехала куда-нибудь за 200 км от Воронежа?

Сейчас я очень рада, что старт был именно таким. Это был мой первый опыт поездок по школам в незнакомом регионе. С тех пор такое знакомство с новым местом стало любимым занятием. Без преувеличения — благодаря программе я узнаю нашу страну. Но не с позиции туриста или участника деловой поездки.

Попадая в школу, ты неизбежно оказываешься в центре любого сообщества. И там есть настоящая жизнь, совсем другая, чем в центре Москвы или Петербурга. Кому-то близкая, кому-то нет, но совершенно точно — реальная.

Мне кажется, что «Учитель для России» — это еще и важный культурный проект. На внутренней карте многих людей появились населенные пункты – Демьян Бедный, Глазок, Бутурлиновка, Сосновка, Взвад, Острогоржск, Семилуки. Я не могу жить по-прежнему, зная, что есть эти места, что есть люди, которые там живут. У людей есть мечты. А ресурсы — не всегда.

Зачем же приходить в УДР? Мне кажется, мы живем в мире, где есть огромный дефицит смыслов. Я знаю это по себе. У меня неплохое образование, у меня была отличная работа, я жила в комфортном и любимом мне Санкт-Петербурге, при желании могла уехать за границу. Но все это в какой-то момент перестало приносить радость и удовольствие. Спрашивая себя, делаю ли я то, во что правда верю, в чем вижу смысл, за что искренне переживаю, я понимала — увы, нет.

Работа учителем ­— одна из самых созидательных. Это возможность каждый день напрямую влиять на жизни маленьких людей, которым нужна поддержка, вдохновение, жизнь которых еще только складывается, и учитель может повернуть ее в совершенно разные стороны. Это не просто сантименты, это факт, доказанный сегодня многими международными сравнительными исследованиями.

В УДР мы стараемся сделать так, чтобы работа учителем была не только благородной и осмысленной, но и радостной, развивающей, не одинокой. Мы даем среду, сообщество, инструменты развития, финансовую поддержку, возможности для экспериментов и запуска собственных проектов и инициатив. И еще мы делим большую цель. Вместе мы ищем ответ на вопрос, как создать школу, которая сможет работать для каждого ребенка. Вне зависимости от того, где эта школа расположена, вне зависимости от того, с каким стартовым багажом ребенок в эту школу приходит. Что школа может / должна дать ребенку в первую очередь? Чем точно нельзя поступиться? Как создавать эту школу? Кто ее должен создавать?

Я думаю, что эти вопросы должны быть интересны не только тем, кто хочет связать всю свою жизнь непосредственно с педагогикой. Они требуют разной оптики, компетенций и профессионального опыта.

И потому когорты учителей из года в год становятся все более разнообразными — по возрасту, бэкграунду, интересам. К программе присоединяется все больше учителей из наших школ-партнеров. И в этом объединении усилий наше богатство и наша сила.

Теперь мы ждём вас.